ЭКО

Редакционный раздел

Пользователи : 13958
Статьи : 2843
Просмотры материалов : 11617231

      Свежий номер

     f2018 08

       Купить номер

 

О новой промышленной политике Печать

Рассмотрены главные направления промышленной политики России: технологическое обновление, изменение структуры, ускоренное развитие отраслей-локомотивов, которые могут стать драйверами экономического роста, проанализированы возможные источники крупных инвестиций, меры по модернизации социально-экономической сферы.

 

 

Мы переживаем переломное время, когда действующая модель социально-экономического развития себя изжила. Результат – сокращение в период послекризисного развития темпов роста страны примерно вдвое в сравнении с докризисным пятилетием. При этом в 2010–2011 гг. наблюдается стагнация в уровне жизни: предельно низкими темпами росли реальные доходы в расчёте на душу населения, сократилось жилищное строительство, увеличилась бедность населения, уменьшился темп роста рождаемости, правда, на фоне определённого сокращения смертности и повышения продолжительности жизни. Минэкономразвития на 2012 г. обоснованно проектирует существенно более низкий прирост валового внутреннего продукта в сравнении даже с 2010–2011 гг. (3,5% в 2012 г. против 4,3% в 2011 г.). Ещё менее значительный рост для России прогнозирует Всемирный банк. Трудности будут усугубляться, если цены на нефть перестанут расти, а, возможно, как это предсказывает большинство экспертов, даже несколько сократятся, например, до 90–100 долл./барр.

Важнейшей составной частью экономической политики является промышленная политика, поскольку промышленность в России – главная отрасль, в значительной мере формирующая валовой внутренний продукт (порядка 30% его объёма) и определяющая уровень экономического развития страны. Значимость промышленности – ещё и в том, что именно здесь сосредоточены наибольшие возможности подъёма экономики в случае технологического обновления и перехода к высокоэффективной и прогрессивной структуре производства в этой основной сфере народного хозяйства.

Речь идёт о крупном техническом прорыве на основе реиндустриализации. Поэтому у промышленной политики как бы появляется принципиально новое содержание.

Главное в любой политике – определение приоритетов, наиболее важных направлений развития, которые не просто высокоэффективны сами по себе, но и тянут, преобразуют взаимосвязанные с ними сферы.

Сфер и отраслей промышленности много. Это – огромный сектор, включающий тысячи крупных, десятки тысяч средних и сотни тысяч мелких предприятий и организаций, производящих самую разнообразную продукцию, номенклатура которой исчисляется сотнями тысяч наименований и миллионами модификаций. В промышленности работают 13,5 млн человек, или около 20% всех занятых в народном хозяйстве. Здесь сосредоточено более четверти всех основных фондов нашей экономики – около 20 трлн руб., а объём инвестиций в основной капитал составляет около 40% от общего их объёма.

От промышленности в наибольшей мере зависят все показатели производительности труда и экономической эффективности: и энергоёмкость, и материалоёмкость, и фондоотдача. Промышленность является и основным источником формирования государственного бюджета всех уровней и внебюджетных государственных фондов. В конечном счёте, тем самым и уровень благосостояния нашего народа, по крайней мере, на треть, а, возможно, и больше, определяется промышленностью.

В перспективе именно от роста промышленности в подавляющей части будут зависеть прирост валового внутреннего продукта и повышение уровня экономического развития страны. Поэтому к промышленной политике, к выбору приоритетов, с одной стороны, и мер государственного воздействия, с другой, нужно проявить особое внимание при разработке долгосрочной стратегии нашего развития, тем более что промышленность (почти целиком) определяет наш экспорт, а её потребности на 3/4 формируют импорт.

Но было бы неправильно промышленную политику сводить только к производственно-технологическим направлениям. Крайне важен организационно-экономический аспект: структура собственности, внутренняя и внешнеэкономическая среда функционирования, финансовый механизм, система экономических стимулов, территориальное управление промышленным развитием и многие другие аспекты.

В одной статье невозможно осветить столь широкий круг вопросов, и мы подробнее остановимся на главном – на технологическом обновлении промышленности и на переходе к прогрессивной структуре, а затем кратко рассмотрим обеспечивающие мероприятия, включая организационно-экономические.


Технологическое обновление промышленности – главное направление

В большинстве отраслей промышленности в настоящее время используются технологии, которые применялись в передовых странах 20–30 лет назад. Об этом свидетельствует и средний срок службы машин и оборудования, который приближается к 15 годам, в то время как в мировой практике устаревшими считаются машины и оборудование, проработавшие более 10 лет. В развитых странах средний срок службы машин и оборудования составляет около 8 лет.

В последние десятилетия во всем мире темп обновления техники существенно возрос как результат экономической политики, называемой «рейганомикой», предполагающей использование механизма ускоренной амортизации. В России наблюдались, скорее, обратные процессы. Так, уровень износа основных фондов с 1998 г. существенно вырос по сравнению с тем, каким он был 10 лет назад: до 46% против менее 40%. Коэффициент выбытия (ликвидация) основных фондов в последние годы снизился до 1% (15 лет назад – 2%), а коэффициент обновления (ввод в действие) основных фондов в год составляет всего 4%, – вдвое ниже, чем в советское время. Поэтому с каждым годом качество наших фондов ухудшается. Здесь мы пятимся назад, а не идём вперёд.

По отдельным отраслям, естественно, картина совершенно разная. Технологическое обновление в значительной мере проведено в металлургии и трубной промышленности, в мясомолочной, кондитерской и пивоваренной отраслях, частично ­в электротехнике, в производстве средств связи. На относительно приемлемом уровне поддерживаются технологии и оборудование в авиационной и космической промышленности. Современным уровнем техники отличаются сборочные заводы по производству иностранных автомобилей. В отдельных отраслях, разумеется, есть технологически передовые предприятия, но они «не делают погоды».

На 20–30 лет отстаёт технологический уровень нашей энергетики – электростанций и котельных. В таком же, если ещё не в худшем положении находится большинство старых предприятий лёгкой промышленности, многих отраслей машиностроения (где производство еле теплится), нефтепереработки и старых предприятий нефтехимии и химической промышленности, переработки древесины, производства стройматериалов и др. Технологически отсталой отраслью является наша газовая и частично нефтяная промышленность, технически не готовая к крупномасштабному освоению шельфовых месторождений.

Технологическая отсталость приводит к тому, что производительность труда в промышленности в 2,5–3 раза ниже, чем в Западной Европе и США, энергоёмкость – в среднем в 2 раза выше, а материалоёмкость – в 1,5 раза выше.

Следствием этого является крайне отсталая структура экспорта, где преобладают топливные, сырьевые отрасли, производство полуфабрикатов и материалов. Доля готовой продукции с высокой добавленной стоимостью составляет здесь менее 10%, и она конкурентоспособна только в отдельных странах СНГ и других слаборазвитых государствах.

Из-за отсталости нашей промышленности в структуре импорта машины и оборудование достигли 45% и превысили 100 млрд долл., или более 3 трлн руб. Для сравнения: внутреннее производство машин и оборудования, электро- и электронного оборудования, а также транспортных средств и оборудования, вместе взятых, практически равно импорту. При этом по всем показателям эффективности и качества продукция отечественного машиностроения сильно уступает современному импортному оборудованию.

Пожалуй, наибольшие потери от отсталости нашей промышленности экономика несёт в области энергетики. Большинство энергоагрегатов России эксплуатируются уже 25–40 лет. КПД их крайне низок – около 1/3, против 50–60% у современных агрегатов. На выработку 1 кВт•ч электроэнергии, несмотря на то, что на 70% здесь используется самое лучшее топливо – природный газ, затраты топлива в угольном эквиваленте в среднем составляют 320–340 г в сравнении с 120–140 г на современных парогазовых электростанциях.

Ещё менее эффективно использование ресурсов на многочисленных, давно отживших свой срок сотнях тысяч мелких котельных, которые к тому же из-за своего расположения (вне производственных зданий) больше половины производимого тепла теряют, обогревая землю и воздух при его передаче по трубам.

На основе современных технологий и новых систем ­машин и оборудования можно будет коренным образом улучшить качество производимой продукции, переходить при необходимости к производству новых продуктов, существенно ­снизить затраты и предотвратить повышение цен. Коренное обновление промышленности с переводом всех отраслей на современные технологии с использованием лучших образцов выпускаемых машин и оборудования можно провести за 12–14 лет. Это приведёт к росту производительности ­труда, по крайней мере, в 2 раза, снижению энергоёмкости – в 1,5 раза и материалоёмкости – на 30%.

Наиболее сложная и капиталоёмкая задача – технологическое обновление энергетики. Поэтому целесообразно, в первую очередь, вложить средства в развитие энерго- и электромашиностроения с тем, чтобы перевести его на производство самой современной техники в масштабах, позволяющих провести форсированную технологическую реконструкцию энергетики нашей страны в значительной мере на базе машин и оборудования, произведённых в России. То же самое – и по другим отраслям промышленности. Особенно это относится к крупным и тяжеловесным агрегатам химической и нефтеперерабатывающей промышленности, где электронику и ряд других комплектующих систем можно покупать за рубежом, но сами, например, химические колонны, лучше производить на месте.

Объём работ, необходимых для такого технологического обновления отраслей промышленности, огромен. Подавляющая часть наших предприятий и организаций не готова к ней, не имеет проектов, а в ряде случаев просто плохо знакома с лучшими зарубежными достижениями. Поэтому нужна огромная предварительная работа по подготовке бизнес-планов, проектов, расчётов эффективности и окупаемости, нужны переговоры с различными поставщиками и т.п., с вовлечением лучших специалистов и экспертов из нашей страны и специально приглашённых из-за рубежа.

К 2020–2025 гг. Россия могла бы стать по уровню технологий, применяемых в основных отраслях промышленности, вровень с развитыми странами, например с Испанией, Италией и Канадой. При этом средний срок службы машин и оборудования к концу периода обновления мог бы сократиться в 2 раза и достигнуть 8 лет.

В дальнейшем, по аналогии с другими развитыми странами, должен быть выработан механизм систематического поддержания технологического уровня промышленности, соответствующего самым современным требованиям.

Переход к высокоэффективной прогрессивной структуре промышленности

Общеизвестно, что нынешняя структура промышленного производства является устаревшей и отсталой. Это выражается, прежде всего, в чрезмерном удельном весе топливных и сырьевых отраслей, а также производства полуфабрикатов и материалов и крайне низкой в сравнении с другими странами доле производства готовой продукции с высокой добавленной стоимостью. Ещё ниже доля высокотехнологических, наукоёмких и инновационных отраслей: всего около 10% всей промышленности.

Эта устаревшая структура, характерная для слаборазвитых стран, гипертрофируется в структуре экспорта, в котором около 70% составляют топливные отрасли, 10% – металлургические полуфабрикаты и материалы и по несколько процентов – древесина и продукты её переработки, минудобрения, пшеница, урановая руда, ТВЭЛы и необработанные алмазы. Все это вместе составляет почти 90% всего экспорта, в то время как высокотехнологический экспорт связан, прежде всего, с вывозом оборонной продукции, космической техники и её услуг, офшорного программирования и электротехники. ­Причём значительная часть этого экспорта из-за низкой конкурентоспособности многих продуктов ограничивается поставками в страны СНГ и малоразвитые азиатские и африканские страны.

Таким образом, перед страной стоит труднейшая и крупнейшая задача коренной перестройки структуры промышленности, и главный вопрос – выбор приоритетных, передовых отраслей, продукция которых была бы востребована не только на внутреннем рынке, но и могла бы экспортироваться. При этом затраты на производство этой продукции в России должны быть относительно низкими в сравнении с другими странами, а ёмкость рынков сбыта для неё должна увеличиваться хотя бы на 5–7% в год, то есть вдвое выше общемировых темпов развития.

Отбор приоритетных отраслей, на наш взгляд, мог бы производиться по следующим критериям.

Во-первых – отрасли, по которым в нашей стране имеются лучшие в мире условия для развития. К таким отраслям, на наш взгляд, относятся нефтехимия и глубокая лесопереработка с производством в этих отраслях конечных продуктов.

Россия относится к небольшому числу стран, где есть все виды ресурсов для развития нефтехимии, относительно дешёвая энергетика для производства этих продуктов и свободные пространства для строительства нужного числа крупнейших нефтехимических комплексов. В Европе, Японии, США, Китае и Индии таких условий попросту нет.

Из нефтехимического сырья, как известно, производятся различные синтетические продукты, обладающие уникальными свойствами, позволяющие заменять (или упрочнять) цветные и чёрные металлы. К тому же они в разы легче, что особо значимо для авиации и автомобилестроения. Как известно, корпус крупного современного лайнера Boeing-787 впервые изготовлен из синтетических материалов, что обеспечило ­этому самолету сниженный на 20% вес и соответствующую топливную эффективность. Это стало решающим фактором огромного спроса на этот самолет, несмотря на задержку и трудности с его изготовлением. Число заказов уже превысило 800 единиц и растёт с каждым месяцем.

Единственное, что ограничивает сегодня широкое использование синтетических материалов, – их дороговизна по ­сравнению с металлами. Но из-за совершенствования технологий эта разница все время сокращается. Поэтому мы стоим в преддверии крупной революции с бурным ростом производства синтетических материалов и изделий из них. Россия могла бы одной из первых включиться в этот прорыв, всемерно развив отсталую пока у нас нефтехимическую промышленность.

В области лесопереработки в России тоже налицо благоприятнейшие условия: наличие самых крупных в мире запасов древесины, обновляемой пресной воды, необходимой для этих процессов, так как леса в основном находятся вокруг крупнейших рек – Оби, Енисея, Лены, Печоры и др. Играет роль и дешевизна энергетики. В России можно соорудить десятки локальных крупноблочных предприятий по глубокой переработке древесины и конечных изделий из них, широко востребованных в мире. Рядом безлесные Китай, Япония, Средняя Азия и Южная Европа. Между тем на тысячу кубометров заготовленной деловой древесины Россия пока производит конечной продукции по мировым ценам втрое меньше, чем США и Канада, и впятеро меньше, чем Финляндия ­и Швеция, что косвенно свидетельствует о больших возможностях в этой сфере.

Указанные две отрасли в настоящее время занимают 10%-ю долю в общем выпуске промышленности, что означает, примерно, 3%-й удельный вес в валовом внутреннем продукте. При утроении их объёма, например к 2020 г., удельный вес в лучшем случае удвоится. Эти отрасли могут обеспечить ещё более заметную долю экспорта, но из-за их относительно небольшого удельного веса в ВВП не окажут сколь-нибудь заметного влияния на общие темпы социально-экономического развития страны. Поэтому при всей важности этих отраслей они не могут быть основными локомотивами развития нашей экономики.

Во-вторых – это отрасли, которые исторически были развиты в России и имеют хороший задел по производственным мощностям, по развитию НИОКР, по наличию квалифицированных кадров, экспортному потенциалу и др. К таким ­отраслям можно отнести энерго- и электромашиностроение, которое пока уступает по объему и качеству продукции Siemens и General Electric, но всё же по ряду параметров ­имеет сопоставимые с другими странами уровни развития. При должном внимании государства эти отрасли могут значительно вырасти и резко увеличить свой экспортный потенциал. Что касается энерго- и электротехники, то она может рассчитывать и на огромный внутренний спрос на её продукцию в связи с предстоящей крупнейшей реконструкцией энергетики России.

К таким отраслям относится также производство региональных самолетов, самолетов для местных перевозок ­и грузоподъёмной авиации – самолетов-«карго», продолжающих традиции «АН-124» и «МРИА». По региональным типам самолетов, где конкурентами по региональным и местным перевозкам являются Бразилия и Канада, Россия могла бы выйти на первое место в мире, обеспечив, прежде всего, себя полностью за счёт собственной авиации. Что касается грузоподъёмной авиации, то речь идёт не только о продаже этих уникальных самолётов с наибольшей грузоподъёмностью в мире внутри страны и за рубеж, но и быстром развитии перевозки грузов российскими авиаорганизациями.

Далее, к таким отраслям можно отнести и нашу космическую промышленность, которая уже сегодня имеет серьёзные поставки на экспорт и оказывает космические услуги в выведении спутников другим странам. В этой отрасли есть серьёзные заделы, и её можно было бы значительно развить.

В-третьих – это отрасли, развитие которых стратегически и жизненно важно для России. Речь идёт о медицинской промышленности в части производства современных лекарств и современного медицинского оборудования.

Другая отрасль этого типа – электроника и составляющие информационных технологий, развитие которых нужно России и для поддержания своей обороноспособности, и для автоматизации и интеллектуализации применяемых в России технических систем. Большой потенциал имеет развитие ­офшорного программирования по примеру Индии, Китая и Малайзии, связанное с наличием кадров по вычислительной математике и программистов, для подготовки которых в России есть все условия.

К четвёртой группе можно отнести отрасли, являющиеся основными локомотивами развития, обладающие большим удельным весом в народном хозяйстве, с одной стороны, и оказывающие наибольший мультипликативный эффект на развитие экономики – с другой. Это, прежде всего, автомобильная промышленность. В этой сфере Россия могла бы выйти на первое место в Европе, производя 4–5 млн легковых автомобилей в год, и, конечно, стать лидером по производству грузовых автомобилей и автобусов. В подавляющей части эти виды продукции нужны для внутренних нужд. Вместе с тем, по опыту чешской компании Skoda, часть легковых автомобилей, производимых иностранными компаниями в России, можно было бы направлять на экспорт в сопредельные с Россией страны.

Крайне важно при этом увеличить долю локализации в производстве автомобилей, доведя её хотя бы до 60–70%. Сделать это можно за счёт производства большего числа деталей, узлов и систем автомобилей внутри страны, как это, в частности, делается в Испании или в США, где зарубежными фирмами выпускается почти половина всех автомобилей, но с высокой локализацией их производства. Крайне важно, чтобы современные автомобили, будь то отечественные или иностранные, производились из отечественного тонкого стального листа. Ввод в действие тонколистового стана «2000» четвёртого поколения в Магнитогорске – первая «ласточка» такого перехода.

Очень важно также при этом использовать преимущества России (дешевизна энергии, земли, рабочей силы в сравнении с развитыми странами) для того, чтобы производить автомобили хотя бы на 10–15% дешевле западноевропейских аналогов. Тогда экспортная экспансия автомобилей, производимых в России, будет подкреплена экономически.

Кроме автомобильной промышленности, другой – более значимой отраслью-«локомотивом» является жилищное строительство, годовой объём которого в России нужно увеличить в 2,5–3 раза с тем, чтобы выйти на уровень жилищной обеспеченности и комфортности жилья развитых стран хотя бы за 20 лет. И дело не только в низкой жилищной обеспеченности людей в России (22,6 м2 на душу) в сравнении с 35–60 м2 в Западной Европе и США. Более важно, что почти четверть жилья не имеет канализации и водопровода, а 40% – нормального отопления и горячей воды. Поэтому стоит задача повышения комфортности жилья.

Жилищное строительство, которое всё в большей мере становится индустриальной сферой с изготовлением готовых блоков на высокомеханизированных заводах, и связанное с ним коммунальное и социально-бытовое строительство, производство стройматериалов и других изделий для жилищно-коммунального строительства, ремонт, обслуживание, оборот и финансирование жилья и др. – это около 15% ВВП. Сравнимая с ним сфера – автомобильная промышленность, требующая крупнотоннажного производства горюче-смазочных материалов, строительства гаражей, дорог, развитой сферы обслуживания, что в совокупности составляет около 10% народного хозяйства. Если эти отрасли будут развиваться темпом по 8–10%, то они будут тянуть за собой и другие сферы хозяйства: металлургию, химическую промышленность, торговлю жильём и автомобилями, финансовое обеспечение, страхование и многое-многое другое.

В свою очередь, суммарно нефтехимия и глубокая лесопереработка с производством конечной продукции и большим экспортом этих изделий, энерго- и электротехника как крупная отрасль машиностроения, развитая авиационная и космическая промышленность, электроника и быстро растущее производство для целей медицины – всё это суммарно тоже составит весомую часть ВВП. При темпах по 8–12% в год эти отрасли в перспективе обеспечат всё большее ускорение социально-экономического развития нашей страны.

При технологическом обновлении промышленности намного повысится конкурентоспособность многих отраслей, и поэтому темпы прироста отечественного производства возрастут и за счёт импортозамещения.

Формирование современной структуры промышленности должно сопровождаться совершенствованием всей ее организационно-экономической сферы. Речь идёт о дальнейшем ­развитии специализации и освобождении объединений и предприятий от непрофильных низкоэффективных активов, развитии аутсорсинга и др. Особое внимание при этом нужно будет уделить маркетингу, кооперации, расширению экспортного потенциала, зарубежным научно-техническим связям и т.п.

Такое развитие промышленности обеспечит устойчивые среднегодовые темпы прироста производства в размере 6% и, возможно, больше. А это даст прирост ВВП в размере 5–6% в год, т.е. в два с лишним раза быстрее прогнозируемого экономического роста развитых стран.

Это позволит в обозримое время по уровню экономического развития догнать сначала развитые страны – к 2020–2025 гг., а потом и самые развитые страны мира – к 2030–2035 гг. При этом Россия будет развиваться, по крайней мере, в 1,5 раза быстрее мировой экономики в целом. И таким образом, её доля в мире будет возрастать.


Финансовое обеспечение
новой промышленной политики

В 2011 г. из общих инвестиций в основной капитал в размере около 10,5 трлн руб. в промышленность было направлено примерно 4 трлн руб. Из этой суммы 40% составили инвестиции в добычу топливно-энергетических ископаемых, ­почти столько же пошло во все обрабатывающие производства, а оставшаяся часть – более 20% – направлена в производство и распределение электроэнергии, газа и воды.

Для радикального технологического обновления устаревшей материально-технической базы промышленности, по нашим грубым расчётам, ежегодно дополнительно потребуется как минимум еще 1,5 трлн руб. Эта сумма определена применительно к условиям – ценам и объёмам – сегодняшнего дня. Предполагается, что средний срок окупаемости – 6–7 лет. Так что за 12–14 лет, отведённых на намеченное преобразование материально-технической базы промышленности, выделенные дополнительно 1,5 млрд руб. смогут дважды обернуться. Это позволит ежегодно обновлять 8–10% всех основных фондов промышленности, объём которых на сегодня составляет ­около 20 трлн руб. При этом машины и оборудование будут ­ежегодно обновляться примерно по 15%. Самым трудным и капиталоёмким в этом процессе будет технологическое ­обновление всей энергетики – предприятий по производству электроэнергии и котельных. На это потребуется направить 25–30% всех инвестиций.

В свою очередь, переход к высокоэффективной прогрессивной структуре промышленности тоже потребует огромных средств – не менее 1,5 трлн руб. дополнительных инвестиций, а с учётом жилищного строительства с сопутствующими ­отраслями – около 2,5 трлн руб. Здесь из-за более длительных сроков ввода в действие мощностей новых предприятий срок окупаемости составит, по-видимому, 7–9 лет. И поэтому годовые выделенные средства за рассматриваемый период смогут обернуться только в 1,5 раза. Особенно это относится к таким капиталоёмким отраслям, как нефтехимия, глубокая лесопереработка, электронная промышленность. Существенно ниже сроки окупаемости могут быть в массовом малоэтажном жилищном строительстве, производстве легковых автомашин, развитии энерго- и электромашиностроения, авиационной промышленности, которые будут развиваться на базе уже созданных предприятий.

Таким образом, предстоит изыскать источники дополнительных 3 трлн руб. ежегодных инвестиций, необходимых для технологического обновления и перестройки структуры промышленности.

Значительное, примерно на 70% увеличение инвестиций в промышленность, естественно, приведёт к необходимости повышения общей нормы инвестиций в составе валового внутреннего продукта. В настоящее время доля инвестиций в основной капитал в составе ВВП составляет 19,5% (2011 г.) и является одной из самых низких в мире. Даже развитые страны имеют несколько более высокую норму инвестиций – в среднем свыше 20%. Такая норма инвестиций позволяет этим странам обеспечивать в благоприятных экономических условиях прирост ВВП по 2,5–3% в среднем в год при достаточных вложениях в обновление основного капитала, жилищно-социальное строительство и транспортную инфраструктуру.

Для России, экономика которой должна развиваться темпом минимум по 5–6% в год для преодоления своей отсталости, вследствие необходимости повышенных вложений для технологического обновления устаревшей материально-технической базы, перестройки структуры и крупных инвестиций ­в недостаточно развитую жилищно-коммунальную сферу и тем более в транспортную инфраструктуру, такая норма инвестиций слишком мала.

По уровню экономического развития Россия фактически является развивающейся страной. А в развивающихся ­странах, которые ежегодно растут по 5–6%, норма инвестиций ­составляет 30–35%, что нужно и нам. Именно к такой, а возможно, и более высокой норме инвестиций – 35–40% (в СССР инвестиции составляли около 40% ВВП) должна стремиться Россия.

На наш взгляд, целесообразно, чтобы дополнительные инвестиции привлекались на возвратной основе как инвестиционные кредиты. Это позволит со временем вернуть средства в те фонды – отечественные и зарубежные, которые явятся источниками этих дополнительных средств. Кроме того, принцип возвратности позволит более эффективно и по прямому назначению использовать взятые средства. И последнее – к такой работе будут привлечены крупные банки, которые окажут предприятиям помощь в разработке и экспертизе бизнес-планов, а также в переговорах с иностранными поставщиками. Банки выступят гарантами возврата средств, поэтому будут напрямую перечислять их поставщикам оборудования, строителям, организуя контроль за деятельностью и обеспечивая качество работ, поскольку от этого будет зависеть своевременный возврат средств.

Наиболее значимыми источниками дополнительных инвестиций могли бы стать:

во-первых, часть средств золотовалютного резерва Центрального банка, где накоплено около 525 млрд долл., в то время как максимально необходимая сумма средств для обеспечения финансовой безопасности страны вряд ли может превысить 200 млрд долл. Золотовалютные резервы во всех развитых странах мира, кроме Японии, значительно меньше (до 150 млрд долл.). Кроме того, в России сохраняется Стабилизационный фонд, который уже превысил 100 млрд долл. и продолжает расти;

во-вторых, средства от начавшейся приватизации части государственной собственности, не требуемой для выполнения функций государства и носящей, в основном, коммерческий характер. Эта сумма будет исчисляться триллионами рублей и на взаимообразных началах через ­Внешэкономбанк может быть предоставлена в виде инвестиционных кредитов крупным и надёжным коммерческим банкам;

в-третьих, может быть значительно увеличен объём инвестиционных кредитов банков. Пока только десятая часть инвестиций покрывается кредитами банков. Из них почти треть составляют кредиты иностранных банков. Из всех кредитов предприятиям и организациям в размере около 18 трлн руб. в 2011 г. инвестиционные кредиты составляли около 1 трлн руб. – 6%. Этот показатель мог бы быть удвоен и утроен, если нацелить банки на привлечение «длинных» денег и переориентацию на инвестиционное кредитование, как это имеет место в других странах с высокой долей инвестиционных кредитов. Особенно интересен, на наш взгляд, банковский опыт США, где инвестиционное кредитование является главным источником инвестиций в основной капитал. Для этого нужно будет законодательно закрепить за банками их новую роль в модернизации нашей экономики;

в-четвёртых, для ускоренного технологического обновления бюджетных предприятий и организаций могут быть привлечены дополнительные инвестиции из госбюджета, полученные за счёт перераспределения текущих затрат в инвестиционные. Нынешняя доля инвестиций крайне низка и значительно уменьшилась в сравнении с временами, когда специально рассматривались бюджеты развития;

в-пятых, можно заинтересовать предприятия в выделении дополнительных инвестиций в своё технологическое обновление, освободив эти средства от налогообложения;

– наконец, в финансировании жилищного строительства ­и производства легковых автомобилей существенное участие может принять население – в России накопленные у него средства составляют 22 трлн руб. и ещё примерно столько же хранится за границей в валютном эквиваленте.

Думается, что этих источников хватит для изыскания ­увеличенных средств для инвестиций. Если же их окажется недостаточно, то можно прибегнуть к иностранным инвестициям за счёт повышения внешнеэкономического госдолга ­страны, который в настоящее время один из самых низких в мире (менее 3% ВВП) в сравнении с 80–90% долга к ВВП в среднем в западноевропейских странах. При этом нежелательно наращивать корпоративные внешнеэкономические долги наших банков и предприятий, где уже имеющийся долг (около 400 млрд долл.) близок к критическому размеру. ­Наращивание государственного долга выгоднее ещё и потому, что эти долги предоставляются по более низкой процентной ставке и на более длительный срок.

Центральным банком и Внешэкономбанком от имени правительства инвестиционные кредиты коммерческим банкам целесообразно предоставлять и в рублях, и в иностранной валюте, поскольку значительный объём оборудования придётся приобретать в других странах. В настоящее время, когда ещё не начата форсированная модернизация промышленности, до 50% машин и оборудования поступает из-за границы. Направление значительных инвестиций для приобретения иностранного оборудования намного снизит давление на инфляцию за счёт использования вне страны определённой части резервных средств.

Чтобы стимулировать и банки, и предприятия к технологическому обновлению и преобразованию структуры промышленности, следовало бы предоставлять им кредит по относительно низким ставкам с таким расчётом, чтобы предприятия получали средства в валюте под 4–5% годовых, а в рублях – под 6–7% годовых. Для этого ЦБ и ВЭБ должны направлять коммерческим банкам средства по ещё более низким процент­ным ставкам.


Социально-экономические мероприятия

Ускоренная подготовка кадров, приоритетное развитие «экономики знаний», модернизация социально-экономической системы – необходимые меры для осуществления новой промышленной политики.

Самая сложная часть работы и её основной ограничитель – не трудности в изыскании финансовых ресурсов, которые можно преодолеть, а наличие, подготовка и переподготовка кадров, которые смогут эффективно использовать новую ­технику.

Для переподготовки и подготовки рабочих повсеместно в промышленности должны быть созданы на началах государственно-частного партнёрства организации по подготовке рабочих кадров. Всю эту огромную работу следовало бы вести на основе тщательно подготовленных целевых программ.

Другим непременным условием успеха модернизации промышленности является всемерное развитие прикладной науки, конструкторско-проектных и опытных работ по основным технологическим направлениям модернизации. Эти работы должны опережать уровень современной техники и технологий, на которые будет переходить промышленность, подталкивать к совершенствованию этой техники, к созданию инновационных продуктов, технологий и услуг. Приоритет должен отдаваться информационным технологиям и другим направлениям шестого технологического уклада, к которому переходит современное производство.

Рассматриваемая модернизация промышленности неразрывно связана с её переходом на инновационный путь развития. В каждой отрасли, при внедрении современной технологии, нужно стараться по возможности вкрапливать в неё достижения по инновационным материалам, продуктам, производственным процессам, полученные в России или в других странах. Ведь на наших глазах постепенно складывается новый, шестой технологический уклад, соединяющий в себе информационно-коммуникационные технологии с нано-, биотехнологиями и когнитивистскими подходами к производству.

По ряду направлений, в частности по нанотехнологиям, Россия не только продвинулась вперёд, но и стала в промышленных масштабах производить первые инновационные продукты. Например, под Новосибирском пущен завод по производству принципиально новых литиево-ионных батарей с удвоенной мощностью хранимой электроэнергии, которые имеют многообразное применение. Сказанное относится и к использованию углеродистых трубок, которые в разы повышают твёрдость разных материалов. И если к моменту перехода на производство современных материалов в России будет налажено промышленное производство углеродистых трубок (а к этому идёт дело), то грех не использовать такую инновацию в ходе технологического обновления.

Надо сделать так, чтобы стремление использовать подобные инновации было бы всеобщим, и при переходе к выпуску новых продуктов все производители старались по максимуму использовать тот задел, который у нас создаётся и ­укрепляется.

Ускоренная подготовка кадров и всемерное развитие НИОКР, включая информационные технологии, потребует, естественно, значительных дополнительных затрат. По нашей оценке, на эти цели придётся ежегодно выделять дополнительно к имеющемуся финансированию до 0,5 трлн руб., также на возвратной основе через механизм кредитования. При этом мы исходим из того, что вложение средств в человека является самым выгодным, самым эффективным.

Подъём промышленности на новый технический уровень внесёт весомый вклад в ускорение социально-экономического развития страны только в том случае, если будут устранены барьеры, одним из которых является излишнее огосударствление экономики при отсутствии достаточных стимулов у государственных предприятий, ориентированных на чуждое для них дело – на коммерцию и увеличение прибыли в конкурентной среде. Немалые препятствия существуют, как известно, и для среднего и малого бизнеса, который развивается слабо и недостаточно эффективно.

Ещё одна проблема – монополизация отдельных производств, отраслей, сфер деятельности со стороны преобладающих государственных предприятий и организаций и олигархических структур. Нужно повсеместно создавать конкурентную среду, вынуждающую всех субъектов рынка не только расширять, но и совершенствовать свою экономическую деятельность, повышать эффективность.

Дотационность регионов, их фактическое бесправие тоже являются сильнейшим тормозом в развитии ­промышленности.

Вся наша финансовая и банковская система тоже стоит на пути ускоренного развития. Слабая банковская система России, где доля активов в ВВП в 2–3 раза ниже, чем в европейских странах (и это при практическом отсутствии крупных фондов «длинных денег»), ведёт к недофинансированию экономического роста, к необходимости для предприятий влезать в долги перед иностранными инвесторами. Несовершенство биржевой торговли в России лишает предприятия важных источников получения средств, препятствует переливу капиталов, не даёт развиться рынку капитала.

Перечисление подобных барьеров на пути ускоренного и эффективного развития промышленности можно было бы продолжить – коррупция, бюрократизм, рейдерство и многое другое. Поэтому производственно-техническое преобразование промышленности должно идти рука об руку в неразрывной связи с мерами по социально-экономической модернизации.

Из мероприятий по модернизации (реформированию) социально-экономической системы можно выделить:

– реформирование отношений собственности, включая приватизацию значительной части госсобственности и сокращение её доли с 60–70% до 30–40% при всемерном развитии среднего и малого бизнеса;

– модернизацию рыночной среды бизнеса с ограничением монополизации и развитием конкуренции на основных рынках;

– модернизацию финансовой системы – «банкизацию» страны с удвоением активов банков в ВВП, формирование крупных фондов «длинных денег» – фонда накопительных пенсий, страховых и паевых фондов и др., создание современной крупной биржи и её IPO, превращение Москвы в международный финансовый центр;

– реформирование агропромышленного комплекса с переходом к рыночному обороту и залогу земли, развитию крупной сельскохозяйственной кооперации с перерабатывающими предприятиями и обширной торговой сетью и др.;

– реформирование системы территориального управления с новым административно-экономическим делением страны, переходом к самоокупаемости, самофинансированию и самоуправлению крупных субъектов Федерации, с перераспределением финансовых ресурсов в сторону регионов;

– реформирование социальной сферы в направлении её соответствия рыночной экономике, изжития иждивенчества и сокращения вдвое разницы в доходах богатых и бедных.

Мы не касаемся обеспечивающего реформирования судебно-правовой системы и других, выходящих за пределы экономики, направлений модернизации.

В заключение подчеркнём – новая промышленная политика – главное условие ускорения социально-экономического развития России.

 

Комментарии  

 
+1 #2 Дмитрий Сигов 19.04.2016 00:38
Не могу не согласиться с автором, что одна из главных задач гос-ва - это определение приоритетов, выявление важных направлений развития в таком направлении, как реиндустриализа ция, так как развитие такого направления будет само по себе эффективно, но и потянет (преобразует) взаимосвязанные с ней сферы. Впечатлило, что автор под реиндустриализа цией, кроме модернизации производственно -техн. направления рассматривает вопрос комплексно (также модернизацию организационно-экономических и тд аспектов). По мнению Аганбегяна, невозможно модернизировать все направление сразу, а необходимо выбрать приоритетные направления(ход овые, нацеленные, как на экспорт, так и на импорт) и развивать их, а только потом уже модернизировать вторичных игроков. Также автором отдельно рассмотрен такой аспект, как социально-экономические мероприятия, так как ни одна "революция" не происходит без человеческого участия. Реиндустриализа ция требует переподготовки кадров, которые обеспечили бы эффективную работу.
Цитировать
 
 
0 #1 евгений 23.11.2013 16:51
неплохо
Цитировать
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

 

Похожие ccылки