ЭКО

Редакционный раздел

Пользователи : 13958
Статьи : 2843
Просмотры материалов : 11598110

      Свежий номер

     f2018 08

       Купить номер

 

Если делать – то «Мерседес»! Печать

Генеральный директор компании «Аэросервис» Д. Трубицын и другие лидеры инновационного сообщества из технопарка новосибирского Академгородка размышляют о факторах, позволяющих инновационной компании добиться успеха далеко не в тепличных условиях.

 По итогам Международного молодежного инновационного форума «Интерра-2012» первым лауреатом Гран-при новоучрежденной премии «IN-Овация», а также «компанией года» в области инновационных технологий стало ООО «Аэросервис» из новосибирского Академгородка.Компания разрабатывает, производит и продает высокотехнологичное оборудование для очистки и обеззараживания воздуха под торговой маркой «Тион». Только за три последних года объем продаж продукции вырос с 20 до 500 млн руб., число сотрудников – с 15 до 140.

    «Аэросервис» занимает активную социальную позицию – поддерживает участие российских школьников в международном проекте «Турнир юных физиков», на благотворительных началах оснащает своим оборудованием детские медицинские учреждения, участвует в создании современной исследовательской инфраструктуры, нацеленной на работу по заказам инновационных фирм и промышленности. Компания «Аэросервис» претендует на неоспоримое первенство в своей сфере, или, как говорит ее создатель и гендиректор Дмитрий Трубицын: «Если делать – то “Мерседес”».

    Среди резидентов технопарка новосибирского Академгородка эта компания – самая молодая из успешных и самая успешная из молодых: ей всего 6 лет. Новых предприятий вообще образуется немного. Как ни странно, в трудные 90-е годы, когда слово «инновации» еще не было в ходу, малые высокотехнологичные предприятия множились в Академгородке, как грибы после дождя, да еще и смогли потом выжить. А сейчас, когда и господдержка вроде бы есть, этот сектор экономики не демонстрирует заметного роста. Тем интереснее опыт молодой компании, которая добилась успеха самостоятельно и далеко не в тепличных условиях.

Дмитрий Трубицынкатегорически не согласен считать современную Россию неподходящим местом для инновационного предпринимательства:

– У нас страна огромных возможностей. В ней, во-первых, множество актуальных проблем, которые требуют безотлагательных решений. Во-вторых, имеется важнейший ресурс – недоиспользованный творческий потенциал специалистов с прекрасным образованием, которым по плечу любые задачи. В развитых странах гораздо труднее найти незанятую нишу, чтобы начать новое дело. Думаю, наших молодых предпринимателей сдерживает, в первую очередь, боязнь риска. Когда создавался «Аэросервис», между формулировкой идеи и началом деятельности компании прошла всего неделя. Мои единомышленники побросали свои рабочие места с гарантированной зарплатой и – вперед! Могли и проиграть, разумеется, но это нормальный результат в инновационном бизнесе.

– А не легкомысленно тогда поступили? Вы же все физики по образованию, а не предприниматели, а ринулись как в омут головой…

– Физиков учат решать задачи с неопределенными граничными условиями. Объект анализа не так важен – атомный реактор это или новое предприятие. А еще нас в университете приучали не жаловаться, если задача не решается, потому что главные ограничения, как правило, внутренние. Если не справляешься с проблемой, проще всего в этом кого-то обвинить – государство, партнера, подрядчика, сотрудника, но это неконструктивно. Мы в компании старательно изживаем нытье как стиль работы. Берешься за проблему, оцениваешь существующие трудности как ограничения – и будь добр добиваться результата в условиях этих ограничений.

– Отсутствие первоначального капитала – сильное ограничение?

– Сильное, но не смертельное. В России маловато возможностей для инвестирования, но достаточно много людей, мечтающих свои средства выгодно вложить. Инвестора нужно заразить своей идеей. Хотя иногда «бизнес-ангелы» даже не в идею готовы поверить, а в бодрую команду. Нам очень повезло с самого начала – Геннадий Александрович Панкеев, серьезный предприниматель, рискнул вложиться в «Аэросервис». И стал работать в нашей компании параллельно со своим бизнесом, ведет финансовый блок. Потому, подозреваю, что просто интересно. Недавно у нас появился еще один партнер-инвестор Антон Жучков, гений продаж, который так наладил эту работу в Москве, что мы едва поспеваем отгружать заказы.

– Везучий вы человек, Дмитрий. Вам никогда не изменяла удача?

– Изменяла – прямо на старте. Мы, как быстро выяснилось, сделали неверную ставку – не на тот продукт и технологию. Идея бизнеса состояла в том, чтобы предложить на рынок чистый «питьевой воздух», эффективные бытовые приборы для его получения. Вдохновились, разумеется, успехом питьевой бутилированной воды. Кроме того, была знакомая московская компания, которая успешно занималась воздушными фильтрами. Позитивный пример для начинающих страшно важен, ведь это, как говорится: «Monkey see, monkey do». Нам казалось, что у нас в руках есть беспроигрышное преимущество – технология фотокаталитического разрушения органических веществ в газовой фазе, которой я занимался в аспирантуре Института катализа СО РАН. Но для бытовых приборов она оказалась слишком капризной и небезвредной. Обычная ситуация для начинающих предпринимателей из науки: в пробирке все прекрасно работает, а масштабировать технологию не удается. Тут важно не зацикливаться на своей одной «фишечке», бросать ее и идти дальше.

– Ошибка вас не остановила…

– Только раззадорила. Пока бились с неудачной технологией, приобрели недостающие знания и лучшее понимание специфики российского рынка. Бытовой сектор плотно занят импортом, с которым начинающим конкурировать проблематично. Но большие неудовлетворенные потребности в воздухоочистке есть в промышленности, медицине, торговле. Выйти на этот «полусвободный» рынок помог экономический кризис: крупные компании и госучреждения потеряли возможность сорить деньгами, но их технологические проблемы никуда не исчезли и требовали разрешения. А мы как раз разработали новую эффективную технологию воздухоочистки с хорошим соотношением цены и качества. Это так называемая электростатическая фильтрация, когда частицы аэрозоля сначала получают определенный заряд, а потом проходят через нетканый полипропиленовый фильтр с противоположным зарядом и там «цепляются» с заданной вероятностью. Можно настроить фильтр так, что он будет задерживать 99,99% загрязнений. Наша интеллектуальная собственность здесь – конструкция фильтра и способ его изготовления. С этой технологией нам удалось поставить систему воздухоочистки в гостиницу «Украина» на этапе ее полной реконструкции. Потом появились и другие крупные разовые заказчики, каждый со своей спецификой. Работать с ними интересно, но не очень эффективно, потому что не удается прогнозировать и планировать собственное развитие: сегодня выручки много, а завтра может вообще не быть. Стабильная серийная работа началась тогда, когда вышли на здравоохранение.

– А где в медицине такая уж потребность в очищенном воздухе? Кажется, до сих пор химические реагенты прекрасно справлялись с любой заразой.

– Во-первых, не с любой. Мы бактерицидную способность своих фильтров проверяли на так называемых диких штаммах туберкулеза, устойчивых ко всем традиционным средствам обеззараживания. Эксперимент показал, что палочки Коха полностью гибнут под воздействием небольших доз озона, который вырабатывается в зоне электрического разряда внутри воздушного фильтра. Но озон и для человека довольно ядовит. Систему пришлось дополнить специальным устройством, которая связывает этот газ, не дает ему попадать в больничную палату и в атмосферу. Вообще российская медицина постепенно приходит к европейским стандартам безопасности среды. Особенно высокие требования к воздуху операционных – его нужно и очищать, и обеззараживать. Мы разработали для этих целей так называемые ламинарные потолки, которые пользуются сейчас хорошим спросом. Есть и палатные модификации прибора, необходимые для инфекционных и детских отделений. Наши воздухоочистители, кроме всего прочего, способны устранять и неприятные больничные запахи.

– …И делают психологически более приемлемой эту «юдоль скорбей». Сразу вспомнилась катастрофическая московская жара 2010 г., когда люди задыхались от дыма лесных пожаров и в больницах, и в собственных квартирах. Несчастные горожане раскупили все кондиционеры, но они ведь не очищают воздух…

– Не очищают, а болезнетворные бактерии вообще чувствуют себя в кондиционере как на курорте. Но вы меня аккуратно подвели к следующей главе в истории «Аэросервиса», которая условно называется «Московская форточка». Воздух больших городов настолько загрязнен, что традиционное проветривание помещений зачастую приводит к обратному результату. Герметично закрытая комната с пластиковыми окнами тоже не выход, в ней быстро истощается запас кислорода. Мы разработали продукт, который очищает приточный воздух. Это совместный проект с новосибирской компанией «БФК», крупнейшим производителем пластиковых окон.

– Неужели вы первыми успели к этому пирогу?

– Нет, конечно. Но предложение пока ограничено. Бюджетный вариант – просто дырка в стене с подобием механического фильтра, а продвинутые импортные конструкции обходятся в изрядную сумму. Мы хотим занять среднюю нишу и предложить потребителям эффективный, надежный, экономичный, малошумный и просто симпатичный небольшой прибор примерно за 500 долл. вместе с установкой.

– Получается, что круг замкнулся, и вы вернулись к первоначальной идее «питьевого воздуха». Это рынок с миллионом потенциальных потребителей. Что теперь будет с «Аэросервисом» – станете не малым инновационным, а большим традиционным промышленным предприятием?

– В сфере наукоемких технологий потолка вообще не бывает. К примеру, все вышеперечисленные качества бытового приточного фильтра постоянно требуют дальнейшего совершенствования – быть эффективнее, надежнее, экономичнее. Для этого мы постоянно занимаемся исследованиями. Оказалось, что не так просто получить необходимые экспериментальные данные, даже в Академгородке. Академическая наука не настроена на заказные исследования: обычно получаем ответы либо не в срок, либо не на свой вопрос. Поэтому появилась идея создать универсальную физико-химическую лабораторию в составе Центра технологического обеспечения Академпарка. Это самостоятельное хорошо оснащенное предприятие уже существует, называется «Академлаб». Мы по договору размещаем у них свои заказы на исследования, но уже пошли и сторонние заказчики: кому воду проанализировать, кому воздух, кому другую химическую задачу решить. Лаборатория еще не сертифицирована, но это не смущает тех заказчиков, которым не бумажку с печатью надо получить, а ответ по существу.

– Научной такую деятельность вряд ли можно назвать.

– Это так называемые «короткие» исследования. Но уже необходимы и «длинные», нацеленные на решение фундаментальных проблем. Есть такая необъятная тема, как снижение энергозатрат при очистке воздуха. Минимум 10% мирового энергопотребления идет на воздухоочистку, и вот мы думаем, как сделать свои фильтры более экономичными, не снижая качества очистки. Это проект, с которым мы стали резидентом «Сколково». Денег от них пока нет, но экспериментальная установка в Новосибирске уже делается. А еще этой темой заинтересовался мой однокурсник Константин Турицын. Он теперь профессор в Массачусетском технологическом институте, но постоянно ищет повод что-нибудь затеять в России, где, по его мнению, значительно больше «драйва». Турицын энергично занимается организацией Лаборатории управления энергосистемами при НГУ, где «Аэросервис» собирается стать одним из стратегических заказчиков.

– Вас хоть что-нибудь лимитирует?

– Кадры – главная проблема для всех инновационных компаний. Нужны руководители направлений, способные принимать самостоятельные решения. Их высматриваем повсюду, начиная с «Турнира юных физиков», а также Летней школы технопарка. Турнир – очень интересное мероприятие, не похожее на олимпиады. Собирается команда любящих физику ребят, им выдается оригинальное сложное задание, которое требует и теоретических знаний, и вкуса к эксперименту. В команде обязательно проявляется лидер, который организует работу остальных. Летняя школа технопарка тоже интересна как источник креативных личностей. Такая молодежь – как стволовые клетки, из них можно вырастить любого нужного специалиста. Мы недавно пятерых выпускников физфака НГУ переселили в Москву, в помощь А. Жучкову. Пусть он сам расскажет о результатах этого эксперимента.

    С директором по развитию «Аэросервиса» Антоном Жучковым беседуем по телефону:

– Антон, вас Трубицын называет своей главной удачей…

– Он сам – главная удача «Аэросервиса», умеет команду собирать.

– Классики управления учат, что разработку, производство и продажи нужно обязательно разделять для достижения максимальной эффективности, а ваша компания предпочитает держаться за «натуральное хозяйство». С чем это связано?

– С российской спецификой, разумеется. Некому отдавать задачи на аутсорсинг. Чего ни хватись, всего нет – нормального рынка технологических новинок, к примеру. На развитом рынке и дурак продаст, а у нас это целое искусство. Мне приходилось продавать инновационные приборы российским военным, и все они принимали меня, во-первых, за офицера, во-вторых, за инженера-электронщика. А я не технарь вовсе и в армии не служил.

– Это искусство можно как-то постичь?

– Можно. Приходится тратить немало времени на обучение продажников. Молодые физики из Академгородка по-другому мотивированы по сравнению со среднестатистическими москвичами – им важнее самореализоваться и мир завоевать, чем тривиально заработать. И мир будет завоеван, будьте уверены. Скоро выйдем с бытовыми приборами в Европу и в Америку. Профессионально гораздо приятнее иметь дело с обычными людьми, чем с российскими чиновниками, так запуганными борьбой с коррупцией, что ни о каких полезных новинках и слышать не хотят. Минздрав особо глух в этом отношении, приходится за них выполнять задачу по модернизации отрасли. Но это рабочие моменты. Главное в том, что продукцию «Аэросервиса» продавать не стыдно, она настоящая и все время совершенствуется.

    Захотелось узнать, откуда берутся частные инвесторы для инновационных стартапов. И мы встретились с первым инвестором и нынешним совладельцем «Аэросервиса» Геннадием Панкеевым:

– Впервые вижу живого бизнес-ангела. До этого не раз приходилось наблюдать на мероприятиях в Академпарке, как состоятельные господа общаются с молодыми «протопредпринимателями», презентующими свои проекты. Обычно это кончается ничем.

– Опытные люди хорошо представляют путь от идеи до продажи нового продукта в российских условиях. Если хочешь именно заработать, глупо связываться с инновациями. Бизнесмены ходят в технопарк в полезной тусовке покрутиться, найти для себя работников. Кто-то, может быть, надеется на чудо в виде юного гения масштаба Цукерберга.

– Так вы поэтому сделали ставку на Трубицына?

– У меня не было мотива заработать на инновациях, просто захотелось поддержать молодых талантливых ребят. Я сам выходец из науки, поэтому, наверное, испытываю внутренний дискомфорт от того, что все многообразие человеческой деятельности постепенно сводится к торговле. И до этого старался поддерживать разные интересные начинания. Был проект с новыми лекарствами, к примеру. Ясно, что малым фирмам пробиться на фармакологический рынок почти нереально, но надо же пробовать.

– Для вас успех «Аэросервиса» стал приятной неожиданностью?

– Вообще-то рано говорить о настоящем успехе, хотя ощущается такой потенциал. Дмитрий как руководитель оказался бойцом, неудачи его бодрят. Он способен принимать жесткие решения: сворачивать штат, когда есть такая необходимость, ограничивать направления деятельности. Слишком много интересных возможностей постоянно появляется, но нельзя браться за все подряд, нельзя увлекаться творческим поиском в ущерб деловой репутации. Особенно сейчас, когда выходим на массовый рынок, нужно любой ценой обеспечить качество сборки и сервиса.

– Судя по всему, вы целиком погрузились в дела инновационной компании.

– Хотел бы, да не могу. Был план, что я на какое-то время сменю Дмитрия на посту гендиректора, дам ему возможность заняться исследованиями. Но собственный топливный бизнес стало лихорадить, он требует ежедневного личного участия. «Аэросервис» пока живет в другой реальности, где есть свои трудности, но успех зависит, в основном, от личных усилий.

– Интересно, а ваши первоначальные вложения окупились?

– Я вернул свое, аккуратно выражаясь. Изредка и мне, и Жучкову приходится из собственных денег закрывать кассовые разрывы «Аэросервиса», но это нормально для совладельцев рискованного бизнеса. Еще успеем разбогатеть, если все правильно пойдет.

    Большой вопрос – может ли прийти настоящий успех к перспективной инновационной компании, если все вокруг организовано, мягко говоря, не очень правильно… Один из лидеров новосибирского инновационного сообщества Андрей Брызгалов считает, что с действительно серьезными ограничениями «Аэросервису» придется столкнуться при организации крупносерийного производства:

– Инновационная компания не должна превращаться в промышленное предприятие. Ведь как устроен в настоящее время тот же «Мерседес»: ядро компании составляют группа разработки и группа маркетинга. Первые придумывают новый концепт, вторые – организуют его материализацию, то есть ищут, кто на данный момент лучше выполнит каждую из необходимых операций. Скажем, автомобильные кресла лучше всех делает небольшая частная компания в Израиле – к ней и обратятся за креслами. И так по всей цепочке. Готовые автомобили выпускает завод, где занимаются исключительно сборкой.

Это экономически эффективная организация производственного процесса, основанная на горизонтальных связях, создаваемых для решения конкретной задачи. Элементы системы – так называемые «джобшопы» – узкоспециализированные самостоятельные предприятия, выполняющие работу с наивысшим качеством. По этому образу и подобию создан Центр технологического обеспечения в новосибирском технопарке. Но вся традиционная промышленность Новосибирской области – это такие вертикальные «колхозы» с полным циклом производства, совершенно не приспособленные для работы в современной динамичной экономике.

Ситуацию надо менять, но сделать это быстро можно только при активной управленческой позиции государства. Будет современная организация производства – будет и повышение производительности труда, и постоянное обновление номенклатуры, то есть инновационное развитие. Инновации могут быть инициативными, как в случае с бытовыми приборами «Аэросервиса», а могут стать «заказными». «Аэросервис» с этим тоже сталкивался, когда приходилось решать конкретные проблемы крупных заказчиков. Это самый перспективный путь в современных российских условиях.

Государство заставило госкорпорации сформировать солидные бюджеты развития, которые должны расходоваться на решение технологических проблем. Их сколько угодно в каждой отрасли, потому что все они отсталые, включая нефтегазовый сектор. Новосибирск вправе претендовать на кусок этого пирога, потому что у нас есть настоящие инновационные инженерные фирмы, которые могут работать на заказ, и есть понимание, как перестроить промышленность, чтобы она могла быстро реагировать на спрос. В идеале, когда Дмитрий Трубицын выдаст, к примеру, классное решение больной экологической проблемы для международной химической корпорации, он не будет носиться по китаям, чтобы организовать производство оборудования – к нему выстроится очередь из сибирских «джобшопов», жаждущих получить заказ.

Кстати, живая динамичная экономика, экономически активное общество – это необходимый материальный базис демократии, с которой у нас, как известно, проблемы. Может, я унылый марксист, но привык думать, что бытие определяет сознание, а никак не наоборот.

***

Похоже, пришла пора по примеру «Аэросервиса» изживать всеобщее нытье как стиль работы и жизни в России. Не революций жаждать, а продвигать вперед современную экономику. Кому-то это удается уже сейчас, их опыт вдохновит многих других. Глядишь, и «дубинушка сама пойдет».

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить